anelenis (anelenis) wrote,
anelenis
anelenis

Бабушка Юля.

Я сижу у бабушки на кухне с блокнотиком и диктофоном на дЭвайсе. Рядом сидит батя и задумчиво гладит кота.
Едим, болтаем и пьем: бабушка и батя - вино собственного изготовления, я пиво.


Я уже давно бабушке угрожала, что как нить приеду и устрою ей допрос об ее детстве, о деде Коле, обо всем на свете. Она так хмыкала, отвечая: приезжай, будет что рассказать. И хотя меня отговаривали от этой затеи, мол, вспоминать все это пожилому человеку не стоит, я могу с уверенностью сказать: она великолепно держалась, о многом кошмарном рассказывала с усмешкой, о чем-то с иронией, ну и юморила, как она умеет!

Бабуля моя родилась 15 июня 1934 года в Смоленской области, Монастырский район, деревня Перепечино. При рождении ей было дано имя Юлиана, которое она, почему то терпеть не может.
И было у прадедушки Матвея и прабабушки Галины шесть дочерей: Елена. Валентина, Люба, Надя, Вера, Юля. Я так поинтересовалась у бабули, прадед сына вообще не хотел? Она так заржала и ответила, что, видимо, хотел и очень старался. Но уж слишком ювелирно старался ))))

Далее пойдет прямая речь. Не могу с девайса выложить диктофонную запись, хотя старалась. Но фактически все слово в слово.

Сначала начали очень сильно бомбить Смоленск. Такое впечатление, что не хотели целой земли оставить. До Перепечино долетало неслабо, недалеко ж от Смоленска.
В кажом саду в селе было что-то типа погреба. Бомбили в основном мост, когда из Монастырщино едешь в Перепечино.
Сосед у нас был, и перед самой войной к ним приехала у его жены свояченница с детьми. И перед бомбежкой сосед обычно кричал: Ленка! Летят! Закапывай детей, оставляй одни головы!!!

В конце июля наши войска ушли и сразу же вошли немцы.
Сразу же появились полицаи.
Была учительница по немецкому языку, когда я училась в школе, кажется, Анна, по фамилии (неважно). У нее был сын, он очень ярым полицейским был, выдавал всех наших в Досугове. И однажды он с другими полицаями пришли и решили помыться в бане. А наши партизаны узнали (отец предупредил), пришли, закрыли двери и заживо сожгли их в этой бане.

В 1941 году был приказ вывешен: Ахтунг! Ахтунг! Жителям, имеющим детей. Все дети, подходящие по возрасту до 4го класса, должны идти в школу.
Они думали, что пришли сюда навечно! Бабушка попросила меня выделить слово думали, и зло заулыбалась...

Мне было семь, Вере было 12, я одна подходила по возрасту. Ну а уда деваться? Батя служил старостой, ему первому надо было отправлять дочь.
Позже напишу об этом подробнее, но необходимое пояснение для понимания текста. Прадед Матвей Илларионович хоть и был беспартийным, но пользовался в селе уважением. Поэтому перед уходом наших к нему пришли из одной организации и велели предложить свои услуги фашистам, объяснили зачем и дали связь с партизанами. Бабушка рассказывала, что отец не хотел, но согласился сразу: "Ну некому было, Юля", говорил он. Старшая сестра бабушки Люба была связной.

Ну, отец и говорит: придется, Юля, идти. Уй, как мне вначале не хотелось! Ну, ладно. Пошла я в школу в Досугово, там эта (неважно) была, преподаватель немецкого.
И нам был дан лист бумаги, типа такой глянцевой с двух сторон. С одной стороны в полоску, с другой в клеточку. Губка как посуду которой моем и обычный грифельный карандаш. Рисовательный и красный, я хорошо помню: у меня красный карандаш был. Напишешь - сотрешь.

И каждое утро, когда мы приходили (немцы же этих учителей и приводили), мы должны были встать все и кричать: хайль гитлер! Вот это мне до сих пор в памяти, аж тошнит от этого хайльгитлера.
В общем, учились мы. Я училась в первом классе, во втором. Пошла в третий класс и тут 25го сентября 1943 года освобождают Смоленск. Господи, как мы были рады!
Но немецкий я знала тогда лучше, чем русский.
У бабушки до сих пор готический почерк )))

В Монастырщине было очень много евреев. Вначале им велели носить желтые звезды. Потом их согнали в гетто в Монастырщине и сказали, чтобы евреи собрали все ценное, мол, мы вас перевезем. Не гетто, а типа лагеря в Монастырщине и у всех шестиконечные звезды. Осенью, кажется, согнали.
А потом, зимой (не помню, в декабре или январе) выгнали всех нас и их. их заставили, как им сказали, рыть противотанковый ров, вроде бы русские пойдут.
Ров этот... сейчас там мемориальное кладбище. примерно метров 300. Согнали их, много, тыщща примерно этих евреев ко рву. Всех жителей, кто не мог идти, его несли, но все равно сгоняли. Снимали украшения, верхнюю одежду, стояли в нижнем белье. И несколько человек выходило и они стреляли.

Мне 7 лет было, интересно же посмотреть. Нас обычно закрывали родители, но интересно, что там происходит.
Вот дети. Допустим, она была замужем за евреем, а сама русская, так детей должны были расстрелять, а ее оставить. И многие женщины оставались с детьми, и их всех расстреливали.
Я хорошо помню, что земля еще не замерзшая была. Закидывали. И потом наверное дня три шевелилась земля после расстрела.

Как-то вешали партизан. Выдал кто-то. Сгоняли, виселицы прилюдно строили.
Обязательно вешали прилюдно, полицаи ходили по дворам: выходи и все! Акция устрашения. Если не можешь идти или некому нести - оставляли, а так сгоняли, оцепляли площадь немцами и собаками, чтобы жители не ушли и смотрели на все это.
Дак вот, вешали трех партизан. Тепло было, сентябрь месяц, разлагаются. И парни, заручившись поддержкой стариков, пришли и говорят: Матвей Илларионыч, надо похоронить. Ну, пошел он с ними.
Дождь такой сильный лил, но они подобрались к центру площади в Монастырщине, как раз охрана отвлеклась, срезали веревки и утащили этих партизан. Закопали.

А потом, уже в 53м году приехали солдаты, вызвали отца, и он показывал, где похоронил партизан. Их перезахоранивали в братских могилах. Отец все показал, кроме одной, ну не мог он вспомнить, где она находится. И мы все присутствовали, когда вскрывали эти могилы. Одну отец показал, открыли, там уже кости, но у одного, помню, золотые зубы были. Как ему полицаи золотые зубы не выдрали?!
Кто вверху лежал - скелеты, а кто ниже - сохранились. Одну могилу вскрыли, партизанка там была - волосы ниже жопы! Но она была в болоте захоронена, сохранилась.
Перезахоронили. И со всей деревни солдатам рукавицы принесли, кости собирать.

В декабре 1942 года отца с Любой выдали, и их забрали в гестапо...
Кто выдал? Родственник. По отцу, далекий, троюродный. И вместе с отцом выдал своего родного брата, и брата тоже в гестапо вместе с моим отцом и Любой. За выдачу партизан тогда что-то предлагали, типа "корова плюс рейхсмарки".
А у нас же, в Смоленщине, когда зима, такая луна - хоть иголки собирай! Я в Коми такой луны зимой ни разу не видела, как в Смоленщине. А партизаны приходили всегда ночью к нам за оружием, и вот этот родственник ночью их увидел, проследил за ними и увидел, что они с оружием выходят.

Забирали оружие как: стог сена стоял, и сделали как-то, что нужно нажать, стог уходит в сторону и там в яме оружие.
Выследил этот родственник, сообщил, куда следует, что от старосты партизаны с оружием выходят, и на второй день батю вызвали в район в гестапо. Там отца задержали, а потом приехали за Любой. И Любу туда же.
Мать съездила, возвращается - все.
Их должны были повесить. Как раз поймали партизан, но пришло распоряжение всех из Монастырщино отправить в Смоленск.

Когда отца и Любу забрали в гестапо, мать на допросах, а к нам приехали полицаи и все надю на допрос водили: где оружие??? А ей 16 лет было. А нас с Верой выгнали на улицу, в декабре, раздетых, босиком. И мы прошли всю деревню Перепечино, 80 дворов. И никто нас не взял, все боялись.
Прошли туда.
Обратно, 80 дворов. В декабре, снега еще не особо, но земля морозная.
Пошли во второй раз. И видим, что соседка, жившая напротив, нам в окошко маячит, стучит, подзывает. Подруга матери, Наталья, у нее своих шестеро детей. Мы зашли туда и она нас посадила... печка русская, между стенкой и печкой пространство. Вот мы два дня там и просидели, нас искали по селу. но не нашли.

Надя на допросе стояла на своем: нет у нас оружия, нету!!! Стали нас искать, мы ж дети, маленькие, не соображаем, мало ли, видели что, но мы за печкой, нас не нашли.

Батю с Любой отправили в Смоленск, в лагерь. Смотрела фильм "Любовь земная"? Это был такой же лагерь в Смоленске, под открытым небом. С декабря 42го года они и сидели в этом лагере до освобождения Смоленска. Лагерь уничтожить не успели.
А мы потом вернулись. Старостой нового назначили, я пошла в школу.

Прадеда потом не НКВД мытарило, а свои же односельчане...
Знаешь, как к нам потом относились? Как к изменникам Родины. Мало кто ведь знал, что отца оставили быть старостой, чтобы он был связным с партизанами.
Поехал батя в район и сказал: освободите меня от этого, понимаете, детям уже проходу не дают, что мы фашистские прихвостни. Правду откройте.
В конце концов дело дошло до того, что приехали из района некие органы. Собрали все село, 80 дворов, собрали сход и начальство из района рассказало: оставьте Матвея Илларионовича, никакой он не предатель, не изменник родины, мы тут его оставляли старостой. За свое он отсидел в лагере.
А как иначе? Он же знал, когда приедут полицаи, он Надю отправлял, мы с Верой еще глупые были, дак она пробегала по селу, убирайте все продукты.
После этого все перестали нас изменниками считать.

Прадед Матвей Илларионович Кореньков умер от рака челюсти. В лагере ее несколько раз ломали.
Прабабушка Галя (Агафия) Мефодиевна Коренькова (Милюкова) умерла в 1983 году.
Тетя Лена была угнана в Германию из Мариуполя в 1941 году. Работала там на военном завое в Бранденбурге. Вернулась, жила без последствий от МГБ. Умерла в 2003 году.
Тетя Валентина на начало войны жила в Ленинграде, работала мастером на заводе. Умерла во время блокады от голода. Моя мама была названа в ее честь.
Тетя Люба... Как бабушка сказала: а что Люба? Били, пытали, издевались. После освобождения Смоленска прожила только пять лет.
Тетя Надя ушла... врать не буду, не помню. Помню только, что бабушка говорила, что она уснула и не проснулась.
Тетя Вера умерла с тетей Леной в один день с разницей в 10 часов. Бабушка уже знала о смерти старшей сестры, вторая тогда в больнице лежала, и бабушка не хотела ей говорить. А тут позвонили и сообщили...
Бабушка Юля. Живая и уже угрожает мне, как и в каких позах она будет меня использовать на даче все лето )))

P.S. Посты о деде Коле и деде Ване будут завтра. Они будут короче, потому что рассказывали бабушка и мой папа. Но это будут посты не о войне. А про людей, моих дедушках )))
Tags: для меня
Subscribe

  • Сняла красоту

    Салям алейкум, камрады мои валасатые! Как говорил один малоизвестный опер: я вас кареготически приветствую! Карочи! В субботу я сняла волосы.…

  • Дополнение...

    ... к прошлому псту. Тут мне один умный написал. Ну, не знаю, как на счет умный - житейски подкованный, какскаааать. Пишет: " Два ДВАААА…

  • Справки

    Камрады мои ромашковые, салам алейкум! Итак, понадобилось 4,5 месяца, чтобы собрать справки для "закопать батю рядом с матушкой". Что мы…

promo anelenis july 11, 2014 21:21 117
Buy for 10 tokens
Дошли наконец то руки... А все потому что пиво закончилось. Где-то слышала, что если много и часто употреблять какой-то продукт, то он надоест. Что не так с пивом? Но оно закончилось, и я решила, что как непорядочная должна создать блог-визитку. А то ходят тут люди и думают, что я нормальная.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments